Хрустальная ночь. KRISTALLNACHT. Последняя ночь

 

Newдрама по пьесе И.Вилквиста

Постановка, музыкальное оформление  – Юрий Вутто

Художник-постановщик – Кирилл Крохолев

Длительность спектакля 1 час 20 минут

Премьера  — 26 июня 2013 года

[nggallery id=30]

Фото Евгении Писаренко

Этот спектакль основан на исторических событиях, произошедших в Германии в ночь с 9 на 10 ноября 1938 года. В эту ночь прошла первая массовая акция прямого физического насилия по отношению к евреям на территории третьего рейха. По наущению и при поддержке нацистских властей в десятках городов Германии, Австрии и Судетской области Чехии за одну ночь штурмовыми отрядами (в основном гитлеровской молодежью) было убито около сотни евреев, тысячи мирных людей ранены и покалечены, подверглись унижениям и оскорблениям, арестованы и отправлены в концентрационные лагеря. Эти трагические события сопровождались непрекращающимся звоном разбивающегося стекла, витрин и окон. Потому и вошла в историю эта ночь, как ночь разбитых витрин, «хрустальная ночь».

И в наши дни угроза фашизма, неофашизма, насилия и терроризма не только витает в воздухе. И если мы являемся здоровым обществом и живем в мирной Беларуси, мы обязаны говорить на эту тему, кокой бы страшной она не была. Сознание подростков и молодежи легко воспринимает разного рода заманчивые идеи, распространяемые неофашистами, и молодые люди не всегда в состоянии дать правильную оценку реальной угрозе.
В спектакле используется безотказный прием искусства, когда трагедия миллионов показана через судьбу одного, «выхваченного из толпы» героя. На сцене только двое — Он и Она, Гельвер и Карла. Он – большой ребенок, для него происходящее вокруг – всего лишь игра в солдатики. Но, в какой-то момент в их хрупкий мирок в маленькой квартирке, врывается реальность – «хрустальная ночь». Карла делает все, чтобы спасти сына…
Спектакль заставляет зрителя задуматься о том, все ли грехи прощаются?! Имеет ли право Человек на убийство даже во имя спасения Человека?! Любить — это отдавать или брать?! Трагедия на фоне неонацизма.

«Хрустальная ночь. KRISTALLNACHT. Последняя ночь» не заканчивается с рассветом…

В ролях : Наталья Голубева, Юрий Зайцев

[youtube]JMfss4yGb8Y&feature[/youtube]

 «ХРУСТАЛЬНАЯ НОЧЬ» НЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ С РАССВЕТОМ

В Гомельском Молодежном театре есть уникальный спектакль «Хрустальная ночь -KRISTALLNACHT- Последняя ночь», newдрама по пьесе Ингмара Вилквиста. Постановка и музыкальное оформление – Юрия ВУТТО, директора и художественного руководителя театра. Интервью с ним — о спектакле и не только – предлагается вниманию читателей.

— Юрий Леонидович, расскажите немного об этой работе.      

— Спектакль основан на исторических событиях. В ночь с 9 на 10 ноября 1938 года  прошла первая массовая акция прямого физического насилия по отношению к еврейскому населению на территории Третьего рейха. По наущению и при поддержке нацистских властей в десятках городов Германии, Австрии и Судетской области Чехии за одну ночь штурмовыми отрядами (в основном гитлеровской молодёжью) было убито около сотни евреев, тысячи мирных людей ранены и покалечены, подверглись унижениям и оскорблениям, были арестованы и отправлены в концентрационные лагеря. Эти трагические события сопровождались непрекращающимся звоном разбивающегося стекла витрин и окон. Поэтому и вошла в историю эта ночь, как ночь разбитых витрин или «хрустальная ночь».  В пьесе и в спектакле используется безотказный приём искусства, когда трагедия миллионов показана через судьбу одного, выхваченного из толпы, героя. На сцене только двое Он и Она, Гельвер (артист Юрий Зайцев) и Карла (артистка Наталья Голубева). В какой-то момент в их хрупкий мирок в маленькой квартирке врывается жестокая реальность – «хрустальная ночь».

— Как Вы взяли эту пьесу?

— Есть портфель пьес – такая профессия. Запомнил тогда, когда Александр Гарцуев поставил её в Минске в Академии искусств с очень хорошими артистами. Крепко она во мне сидит лет пять, это точно! Ввиду другого направления развития нашего театрального искусства, она не находила применения. Не менее важная и сложная её составляющая – это актерская работа: постоянное переключение психофизических состояний, смена обстоятельств.

— Можно сказать, что при Вашем художественном руководстве Гомельский Молодежный театр стал театром репертуарным. Как Вам это удалось при таком маленьком коллективе и скромных возможностях?

— Да, пожалуй… Хотелось бы быть  репертуарным. Репертуарным театром даже с большим количеством посадочных мест сейчас быть трудно. Это могут позволить себе только флагманы. Только флагманы! К купаловцам пойдут и монголы, и татары, и европейцы и африканцы… — все гости столицы, театральный зритель в мегаполисе идет в главный национальный театр. Но мы стараемся. Поэтому у нас в репертуаре Дюрренматт, Брехт, Чехов, теперь вот Вилквист. Дальше снова Чехов и Дюрренматт.

— Что это за новое для нас имя Ингмар Вилквист?

— Это творческий псевдоним известного польского профессора. Вилквисту немного за пятьдесят, мы с ним – почти ровесники. Вообще он пишет о разных пороках социума. А мне понравился этот конкретный материал.

— Ваш спектакль поднимает много вопросов нравственного выбора.

— В нём не только подтверждение какого-то исторического факта с преломлением на индивидов. Много тем всплывает. Особенно о людях с пороговой психикой, о молодёжи, очень подверженной влиянию. И не только неофашизма, но и других экстремистских организаций. Часть из подростков, искусно и искусственно вовлечённая, переросла и поняла,  и отошла в сторону. А кто-то фанатичен до идейной убеждённости. Здесь и финансирование со стороны, и манипуляция молодёжью в угоду самоутверждению.

Из десятка важнейших проблем, которые заявлены в этой пьесе, одна самая важная – имеет ли право человек на убийство другого, даже во избежание мучений? А как поступить в данной ситуации? Есть ли однозначный ответ на этот вопрос? Находятся и подтверждаются темы не только нацизма и неонацизма, но и общечеловеческие: женские, религиозные, семейные и другие.

— В Беларуси говорят так: «Ён пакутуе на псіхічныя захворванні», то есть «Он страдает  из-за расстройства психики». Гельвер именно такой больной. Это трудно играть актеру?

— Таких людей всё больше и больше из-за проблемности современного социума. Как эта юношеская психика легкоранима и легкоманипулируема! Об актёрах. Огромная работа прошла у них на период создания спектакля. Потому что  у Гельвера, например, четыре психофизических состояния держать сразу нереально трудно. Это и Я — ребёнок, и Я – Гельвер, и Я – психически больной человек, и Я – актер, играющий Гельвера, со своей событийной простройкой. Это многослойно. По зрительскому восприятию получилось: «Режиссер ставит свой спектакль, а зритель видит свой!»

— О публике. Должен ли это быть специально подготовленный и отобранный зритель?

— Не хотелось бы, чтобы на наш спектакль шли организованные группы учащихся и студентов. Лучше с Учителем – напишите с большой буквы.  С педагогами и даже, может быть, с родителями. Потом можно будет поговорить, если зацепило, и найдутся, пусть даже спорные, темы. Значит, не зря! Мы будем стараться следить за процентным представительством взрослых и молодого подросткового зрителя в зале.

— Что Вы использовали в качестве музыкального оформления?

— «Лунная соната» в современной аранжировке, тема «Матрицы», «Ромштайн», «Священная война», которая по гармонии попала на «Линкс».

— Вы что-то меняли в пьесе?

— Мы несколько изменили финал. У автора в квартиру Карлы врывается отряд штурмовиков. У нас же в финале через разбитое Карлой окно к нам в зал врывается монтаж современной кино- и видеохроники, где ветераны Второй мировой войны  существуют параллельно в мире современных юных неонацистов.

— Юрий Леонидович, Вы снимаетесь в кино —  в ролях как русских, так и немецких офицеров и генералов. Есть ли общее у них, как у высокопоставленных военных?

— Личностные качества, способность на поступок и умение нести ответственность, принимая решения. Так, например роль Вернера в  фильме «Человек войны» состояла  в принятии решения уничтожить собственных немецких офицеров, которые находились в отряде партизан. Генерал фон Арни в фильме «Спасти и уничтожить» лично занимается поисками Якова Джугашвили, присутствует в точках боевых действий. Или Кляйст в фильме «Привет от Катюши». Он принимает личное участие в физическом насилии, избивает нашу русскую разведчицу, отдаёт приказ и руководит её казнью. А штандартенфюрер в фильме «Последний подвиг майора Пугачева» принимает решение о сожжении власовцев. Каждый из этих немецких командиров находится в ситуации, где применим принцип «Смерть одного человека – трагедия, смерть миллионов – статистика!»

И в данном случае в пьесе «Хрустальная ночь» через трагедию еврейки Карлы и её приёмного сына Гельвера показана трагедия множества людей. В ту ночь было уничтожено около сотни евреев, сожжено около тысячи синагог, множество евреев, людей с нездоровой психикой и слабоумных было отправлено в концлагеря. Таким было начало.

— Трагичное начало. Но и с окончанием Второй мировой войны и разгромом фашизма это всё не закончилось, к сожалению. «Хрустальная ночь» не закончилась с рассветом?

— И теперешняя ситуация с неонацизмом всё сильнее набирает обороты и вербует себе всё новых сторонников. Мне надо с Вами согласиться – это очень серьезная тема. Потому что не ошибаюсь я – и сейчас можно любые скверные сравнения подбирать, но корни этой коричневой чумы ещё не засохли, а её ростки прорываются через асфальт, железобетон, гранит и мрамор истории.

Елена ПАРФИАНОВИЧ

Июль 2013 года.

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *