«Любовь преодолевает не все преграды». Виталь Кравченко о премьере в Гомельском молодёжном театре | Интернет-портал «Белка.Гомель»

На сцене восемь женщин в чёрном. И только 80-летняя старуха в белом свадебном наряде. Складывается впечатление, что все они – единый нерв, тронешь одну, отзовутся и остальные. Мужчин в поле зрения нет, но за занавесом они незримо присутствуют и, кажется, определяют ход жизни этого дома, в котором всё смешалось.

Новый спектакль Виталя Кравченко в Гомельском городском молодёжном театре по пьесе испанца Федерико Гарсиа Лорки впечатляет в первую очередь своей сценографией и вниманием к деталям. Режиссёр очень тонко переосмыслил авторский символизм, нашёл собственные новые грани в классическом сюжете, и это трогает зрителя с первой же сцены. История, рассказанная почти сто лет назад, становится актуальной именно благодаря современной авторской подаче, хореографии и сценографии.

О новых и старых смыслах «Дома Бернарды Альбы», которым театр 9 сентября откроет новый сезон, наш разговор с режиссёром Виталём Кравченко.

– Когда смотришь пьесу, сразу становится понятно, почему она звучит актуально. Сценическое переосмысление такой, казалось бы, классической истории любви и ненависти, смотрится неожиданно, и попадает в точку. Мне показалось, зритель остался доволен.

– Когда-то мой учитель говорил нам, что замысел спектакля рождается в зрительном зале. По сути, речь тут о режиссёрском чутье что ли, когда ты нутром улавливаешь, что вот эта пьеса сегодня актуальна, она обязательно выстрелит и найдёт отклик у зрителя. И, кажется, знаешь, как именно надо её преподнести. Читаешь текст, а в голове уже складывается картинка.

–  Лорка, он же в первую очередь поэт-символист, а потом уже драматург. Кажется, это находит отражение и в его пьесах.

– Его драматургия полна поэзии. И «Дом Бернарды Альбы» – это не бытовая история, она очень символична. Взять хотя бы мужских персонажей, которых нет на сцене, но они присутствуют в спектакле и определяют ход событий. И зритель видит их внутренне так же, как и всех обитателей дома Бернарды. Где-то на заднем плане слышны песни жнецов, и служанка описывает их внешность и говорит о них так, что они сразу обретают плоть. Но так, и через поэзию в том числе, за каменные стены, в которых замурованы сёстры, прорывается дух свободы.

– Образ сумасшедшей старухи в белом подвенечном платье, её монотонные причитания  с вымышленным ягнёнком-ребёнком, которого она укачивает на груди, это ведь тоже какой-то мистический, даже роковой символ…  

– Парадокс в том, что именно она единственная, кто высказывает здравые мысли в этом доме. Пытается предупредить о надвигающейся трагедии, если хотите. А ягнёнок – священная жертва, которая будет принесена в конце. Так и случается.

– Служанка называет дом Бернарды монастырём. Вы ставите на сцене, то есть в самом центре действа, теплицу. Почему? Если в этом спектакле мы везде нарываемся на символы, то и это отсылка к чему-то?

– Бернарда думает, что защищает честь своих дочерей, не подпуская к ним мужчин, а на самом деле она превращается в надзирательницу с плеткой. Но когда в одном месте саккумулировано столько нереализованной женской сексуальной энергии, рано или поздно рванёт.

А теплица – маленькая модель того самого замкнутого пространства, душного, того самого дома, в котором заперты женщины.

К тому же я сознательно убрал из лорковского жанра «драма из жизни женщин в испанских селеньях» последнюю фразу, указывающую на географию, потому что эта история актуальна везде, в самом широком смысле.

Мать замуровывает своих дочерей в доме на долгих восемь лет траура по умершему отцу. И в конце спектакля, когда все оказываются в этой теплице за закрытыми дверьми и зритель видит немой крик этих женщин, теплица становится тоже своеобразным символом дома-склепа.

А почему Бернарда так поступает? Потому что это было принято в доме её отца, потому что так же поступали и с ней. И это слепое следование традициям и желание выглядеть идеально в глазах общественной морали, жизнь в угоду общественного мнения в итоге и приводит к страшной трагедии – смерти самой младшей дочери Аделы.

– Вы часто выбираете пьесы, где раскрывается именно женская психология. Вспомним хоть «Королеву красоты» Мартина Мак Донаха. И там ведь тоже сюжет построен на противостоянии матери и дочери.

– Но в «Королеве красоты» у девушки был выбор – остаться с матерью или уехать, как это сделала её сестра. В «Доме Бернарды Альбы» у дочерей такого выбора, по сути, нет. Они буквально во всех смыслах замурованы. Каждая из этих женщин несчастна по-своему и несёт собственный груз запретов.

Им остаётся только бунт против общественных правил и устоев, против морали как таковой. Адела ведь понимает, на что она идёт, когда начинает встречаться с Пепе. Девушку из их селенья, родившую ребёнка без мужа, забивают до смерти камнями. В том числе и сёстры Аделы в этом принимают участие во главе с матерью. В её случае всё тоже заканчивается трагически – самоубийством. Убивая себя, она убивает и своих сестёр, для которых её смерть означает очередные годы траура. Теперь уже точно никакой надежды на замужество и личную жизнь.

А ведь если разобраться, им-то и не надо ничего сверхъестественного, просто – любить. Сердце их этого хочет и тело.

– Бернарда – это монстр, в душе у которого нет ни капли любви к собственным дочерям? Мне так не показалось.

– Скорее, уставшая от ответственности женщина, на плечи которой ложится после смерти мужа вся забота о доме и хозяйстве. У неё тоже есть чувства, и она наказывает дочерей без удовольствия, просто потому что надо поддерживать порядок в доме и видимость контроля. Не случайно в спектакле появилась сцена,  где она остаётся одна, наедине с собственными мыслями и душевными болями, ложится и извергает этот крик беспомощности. В пьесе этого момента нет. Хотелось показать другую Бернарду, её уязвимость и человечность. К сожалению, это она может позволить себе только оставшись наедине с собой.

А вся эта её грозность, она напускная. Скорее, самообман всесилия, а на самом деле ни дочери, ни служанки не боятся Бернарду. И где-то внутри она это понимает.

Если разобраться, самая несвободная в этом доме именно мать.

Спектакль «Дом Бернарды Альбы» можно увидеть в новом театральном сезоне уже 9 сентября. Начало в 19:00.

АВТОР: ЕЛЕНА ЧЕРНОБАЕВА. ФОТО: МАРИЯ АМЕЛИНА

Источник: https://belkagomel.by/2022/08/31/ljubov-preodolevaet-ne-vse-pregrady-vital-kravchenko-o-premere-v-gomelskom-molodjozhnom-teatre/

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *